Максим Горький? Осинь холосо!

Из цикла «Страницы истории Нижегородской губернии»

Молодой Максим Горький

Риторический вопрос. Почему такие произведения, как пьеса «На дне» и рассказы Горького о «бывших людях» стали необычайно актуальны и популярны сегодня? Ответ, понятное дело, не требуется. По данным ЮНЕСКО, в ХХ столетии самые большие тиражи зарубежных изданий советских писателей были у нашего Алексея Максимовича. Несколько лет назад в Нижнем была представительная делегация японских деятелей культуры и все они, осматривая экспозицию Литературного музея имени Горького, кивали радостно головами, произнося по-русски только три слова: «Горький? Осинь холосо!» Оказывается, книги «Буревестника революции» издаются в Японии массовыми тиражами. Популярен Горький и в соседнем, до сих пор загадочном для россиян Китае. Китайские литературоведы, также побывавшие на берегах Волги, даже удивлялись, за что это у нас критикуют столь значительного писателя. В общем, не стоит нам порочить то, чем во всем мире принято гордиться.

Содержание:

  • Дырявый карман
  • Хотели как лучше, получилось
  • Замах на рубль, удар на копейку
  • Выставка народного труда не народна
  • Пианино в кустах
  • Социальные контрасты, что-то знакомое
  • Видео: Нижегородская ярмарка стала столицей секонд-хенда

    Не забудем, что Горький был первым, кто после революции, которую он с таким нетерпением ждал, выступил публично против «красного террора», устроенного правительством Ленина.

    Не вина писателя, а беда, что его идеалы оказались извращены и опорочены большевиками.

    Дырявый карман

    Многие нижегородцы помнят, с какой помпой отмечался у нас столетний юбилей Всероссийской промышленно-художественной выставки, открывшейся на берегах Оки и Волги в 1896 году.

    Только и разговору было, какое значение имела та выставка для экономики России, поднятия ее престижа на международной арене.

    Здание нижегородской ярмарки
    Здание нижегородской ярмарки

    В журналистский обиход вернулось словосочетание «карман России» — по отношению к Нижнему Новгороду, жители которого сегодня буквально выживают, как многие герои Алексея Максимовича.

    Но было бы наивным полагать, что в конце 19 столетия наш город действительно процветал.

    Может быть, он и был «карманом России», но явно имел незаштопанные дырки.

    Хотели как лучше, получилось

    Справедливости ради надо признать, что Нижегородская ярмарка, занимая огромные площади, в самом деле являлась крупнейшим торгово-хозяйственным организмом страны.

    Однако, знаменитая выставка более чем столетней давности, о которой в юбилейные дни горожанам прожужжали все уши, прошла не столь успешно и гладко, как пытались уверить тогдашние властители дум.

    Читателям наверняка будет интересно узнать мнение Горького о 16-ой Всероссийской промышленно-художественной выставке.

    Будущий великий писатель, в ту пору еще не достигший 30-летнего возраста, подвизался репортером газет «Нижегородский листок» и «Одесские новости».

    Редакция Нижегородского листка
    Редакция Нижегородского листка

    Излишне напоминать, каким острым, наблюдательным и критическим умом обладал молодой Алексей Максимович.

    В своих корреспонденциях он сразу же отметил несоответствие между грандиозностью замысла выставки «национального труда» и его воплощением.

    Замах на рубль, удар на копейку

    Вот что он писал своей невесте Катерине Волжиной в Самару 1 июня 1896 года в самом начале работы выставки: «Приехать сюда – это не удовольствие, а необходимость. Заметь, выставка – важное национальное дело, дело всего государства, результат деятельности с лишком ста миллионов людей, трудившихся в течение 15 лет, считая от прошлой Московской выставки 1882 года».

    И уже в газетных отчетах Горький дает предпосылку своего дальнейшего анализа дел: «Как материальный, так и моральный успех экзамена трудоспособности страны определяется количеством посетивших этот экзамен людей».

    А их оказалось, согласно подсчетам, всего 991 тысяча человек.

    Для Горького, исходя из масштабов задуманного и предложенного для обозрения (всей России, миру всему!), это – ничтожные цифры.

    Старая нижегородская ярмарка

    Пианино в кустах

    Алексей Максимович с горечью замечает, что «…с точки зрения администрации ход устройства выставки не должен был быть кому-либо известен. Все организовывали скрытно от общественности».

    Многие участники выставки, по мнению писателя, совершенно не поняли ее предназначения: «Войдите в главный отдел, и вы увидите универсальный магазин в его идеале: там есть все. Но не видно одного: кем, как и из чего все это делается! В то время как учат не продукты труда, а приемы его, только они могут дать верное представление о культуре страны».

    Писатель обращает внимание читателей на отдел кустарного производства, где красовалось пианино, изготовленное вятским мастером Коркиным.

    Многолетний труд кустаря оказался бесполезным: на пианино нельзя было играть.

    Оно было изумительно отделано внешне, но клавиатура его была имитацией, она не звучала.

    «Быть может, и все остальное создавалось таким же нелепым и непродуктивным способом?» — задается закономерным вопросом негодующий Горький.

    Торговля на ярмарке
    Торговля на ярмарке

    Даже один из героев романа «Жизнь Клима Самгина», написанного спустя тридцать лет, упоминает о незадачливом мастере, только в еще более эмоциональном ключе: «В леса дремучие прятать бы таких дураков, а мы их всенародно показываем!»

    Выставка народного труда не народна

    Просветительская идея выставки страдала, на первый план выдвигалась администрацией губернии помпезная, показушная часть.

    С этим Алексей Максимович не мог смириться.

    Первые же бескомпромиссные публикации его статей в «Нижегородском листке» вызвали недовольство власть имущих, раздражение самого губернатора Баранова.

    Но вывод Горького однозначен: «Выставка народного труда не народна!»

    Весьма актуально и для нас, сегодняшних, звучат слова писателя о натуре русского человека, которого «…пока он плачет, разные нации обхаживают со всех сторон, относясь к богатству его страны и кармана, как к своей собственности. Что вы там не говорите в защиту русского человека, но он научится работать не раньше того, как иноземцы его обработали».

    Накануне открытия выставки Горький определил свою задачу репортера-фельетониста следующим образом: «Лучшее, что может сделать обозреватель выставки — это изображать ее возможно более детально и беспристрастно с чисто внешней стороны, показывая, что на ней есть и как оно представлено, а так же – чего на ней нет и почему нет».

    Социальные контрасты, что-то знакомое

    Социальные контрасты – богатство и холеность немногих и нищета большинства – на выставке всероссийского масштаба слишком резко бросалась в глаза.

    Писатель обращался к этому мероприятию «верхов» и многие годы спустя, работая над «нижегородскими» главами «Клима Самгина»: «Черти неуклюжие! Придумали устроить выставку своих сокровищ на песке и болоте. С одной стороны – выставка, с другой – развеселое Кунавино, село, где из трех домов два набиты нищими и речными ворами, а третий – публичными девками».

    Кунавино
    Кунавино

    В этом соседстве богатства страны и нищеты обычных людишек был скрыт хвастливый намек: «Живем плохо, а работаем – вот как здорово!»

    Посмотрел бы Алексей Максимович сегодня на выставочные павильоны, узнал бы, какие жалкие и не окупаемые себя проводятся на ярмарке мероприятия, сколько миллионов бюджетных денег «скушала» ее администрация за последние годы, может, и не стал бы он упрекать царских ставленников в показухе и расточительности.

    Видео: Нижегородская ярмарка стала столицей секонд-хенда

    Поделиться в соц. сетях

    Опубликовать в Google Buzz
    Опубликовать в Google Plus
    Опубликовать в LiveJournal
    Опубликовать в Мой Мир
    Опубликовать в Одноклассники

Комментарии: